НЕ БОЙСЯ: ГОСПОДЬ ЁЩЁ БЛИЖЕ (с.4 №120)

НЕ БОЙСЯ: ГОСПОДЬ ЕЩЁ БЛИЖЕ!

Войны с древнейших времён и по сей день сотрясают мир, и святые отцы Церкви издревле размышляли о войне и воинском служении, об участии и отношении лиц духовного звания к военным действиям. Согласно учению Церкви, воинское служение невозможно для тех, кто посвятил себя священству или монашеству. Седьмое правило IV Вселенского Собора повелевает, «чтобы однажды причисленные к клиру или монахи не вступали ни в воинскую службу, ни в мирской чин, сняв с себя священное одеяние и переодевшись по обычаю тех, ... и сделавшись мирянином». Но в истории Церкви случались нарушения этого правила. Эти исключения были вызваны особыми обстоятельствами времени. Так преподобный Сергий Радонежский по просьбе князя Димитрия Донского благословил двух своих монахов (в прошлом воинов) Пересвета и Ослябю участвовать в Куликовской битве. А преподобный Афанасий Афонский по просьбе императрицы Зои благословил своего постриженика полководца Торникия вернуться на краткое время к ратному делу ради спасения страны от нашествия арабов. В более позднюю эпоху известны массовые случаи участия греческого священства в вооружённой борьбе с турками во время освободительных восстаний; в память об этом на Крите даже установлен своеобразный памятник, изображающий священника с ружьём в руках. Ещё более активно участвовали в кровавой борьбе с турками черногорские священники и даже сами митрополиты.

Главный принцип, который должен соблюдать православный воин – крепко держаться Православной веры. Святитель Иннокентий Херсонский утверждает: «Истинный ратник Христов тот, кто кроме оружия земного имеет и оружие Божие – веру живую, упование твёрдое, любовь нелицемерную к правде и смирение христианское». В конце IX века православный памятник болгарского права «Закон судный людям» так пишет о ведении военных действий: «Отправляясь на бой с супостатами, подобает остерегаться всех недобрых слов и дел, направить мысль свою к Богу и молитву сотворить. И сражаться в ясном сознании, ибо помощь даётся от Бога светлым сердцам. Не от большей силы победа в бою, а в Боге крепость». Попрание этого принципа и отказ от веры приводит к поражению даже при численном и прочем превосходстве над противником. В частности, святой Иоанн Кронштадтский так анализировал духовные причины поражения в русско-японской войне: «Отчего мы не могли ныне победить врагов-язычников при нашем храбром воинстве? Скажем не обинуясь: от неверия в Бога, упадка нравственности и от бессмысленного толстовского учения “не противься злу”, следуя которому сдался на капитуляцию Порт-Артур, а военные суда – в постыдный плен со всем инвентарём. Какой славный учитель для всего русского воинства и для всех военных и других властей святой благоверный великий князь Александр Невский! Но кто из интеллигентов читает ныне о подвигах его, кто верит сказанным чудесам? Вот от этого неверия и от своего гордого, кичащегося разума и надмения своею военною силою мы и терпим всякие поражения». «Чтобы заслужить Небесную помощь в тяжёлых обстоятельствах Отечества, нужна твёрдая вера в Божественную помощь, а главное – покаяние в грехах, вызвавших гнев Божий на Россию, нужно исправление нравов. Война вызвана безбожием и безнравственностью русского всесословного мира, и войною даётся ему горький урок».

Евангелие содержит указание общих принципов, необходимых для благочестивой жизни воинов, которые даны святым Иоанном Крестителем: «Спрашивали его также и воины: а нам что делать? И сказал им: никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем» [Лк. 3, 14]. Принципы, изложенные святым Иоанном, ранняя Церковь взяла за основу христианского отношения к воинскому служению. Эти требования отвергают вымогательство взяток и прочие виды злоупотребления служебным положением ради отнятия денег и имущества у граждан.

Святые отцы разбирают и вопрос о том, можно ли подчиняться заведомо преступным приказам, предписывающим, например, убийство мирных безоружных людей и пленных и другие нарушения заповедей Божиих. Как в таком случае поступать православному солдату, ясно говорит святитель Тихон Задонский: «Что не противное закону Божию приказывают, слушай и исполняй: в противном не слушай, так как подобает больше повиноваться Богу, чем человекам. Так поступали мученики святые... если [командир] велит неправду делать, обидеть, украсть, солгать и прочее – не слушайся. Если грозит за это наказанием – не бойся». Из житий святых мучеников известны примеры подобного неповиновения. Если же приказ не противоречит заповедям, то непослушание ему не одобрялось Церковью, как и нарушение присяги, поскольку клятвопреступление является грехом.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал: «Стойкость – одно из первых достоинств воинства и земного, и духовного. Опытные в битвах ратники почитают признаком храбрости отважное нападение на строй неприятельский, но несравненно большим – безмолвное стояние с угрюмою твёрдостью под ядрами и картечью неприятельских батарей, когда этого требует общий план военачальника. На таковых-то воинов наиболее он может и положиться, на таковых воинов наиболее полагается наш подвигоположник Иисус Христос и венчает их душевными венцами». Примерно то же писал и святитель Феофан Затворник: «Вы – будущий воин! Воина дело – бодро стоять и всегда быть готову вступить в схватку с врагом, себя не жалея и врагу не поблажая».

Вера повышает моральные качества воинов. Говоря о событиях войны 1812 года, святитель Филарет Московский писал, что вера дала силы мужественно сражаться даже неопытным новобранцам, а возмущения святотатствами французов придали русским воинам решимости разбить врага: «Когда против чрезмерного числа вражеских полчищ правительство принуждено было поставить неискушённых в брани граждан, Вера запечатлела их собственным своим знамением, утвердила своим благословением, и сии неопытные ратники подкрепили, обрадовали, удивили старых воинов. А когда неистовые скопища нечестивцев не оставили в мире и безоружную Веру, когда... исполняли свои руки святотатствами, оскверняли храмы живого Бога и ругались его святыне, усердие к Вере превращалось в пламенную, неутомимую ревность наказать хулителей и даже в ободряющую надежду, что враг Божий не долго будет счастливым врагом нашим».

А святитель Николай Сербский приводит такой пример: «Во время войны послали одного боязливого солдата в разведку. Все знали его боязливость и смеялись, когда узнали, куда посылает его старшина. Только один солдат не смеялся. Он подошёл к своему товарищу, чтобы поддержать и ободрить его. Но тот ответил ему: “Погибну я, враг совсем рядом!”. “Не бойся, брат: Господь ещё ближе”, – ответил ему добрый товарищ. И эти слова, как большой колокол, зазвонили в душе того солдата. И звонили до конца войны. И некогда робкий солдат вернулся с войны награждённый многими орденами за храбрость. Так преобразило его благое слово: “Не бойся: Господь ещё ближе!”».

Существуют соблазны воинского служения. Преподобный Исидор Пелусиот направил несколько писем воинам, стремясь уврачевать характерные духовные болезни, свойственные воинскому служению. Так, в «Послании к воину Туве» святой отец разбирает такое явление, которое ныне иногда называют «паркетными офицерами» – когда люди, добившиеся высоких военных чинов, предпочитают тяготам реальной армейской службы пребывание в тылу, при этом тщеславно величаясь своим воинским званием перед гражданскими людьми. Осуждается дезертирство, а также приобретение «лакомых» мест в тылу за взятки. Преподобный Исидор пишет: «Не во время мира до́лжно быть в полном вооружении, не среди торжища являться в воинственном виде и не по городу ходить с мечом в руках, но на войне, над сопротивниками надлежит делать такие опыты и на них наводить страх. Посему, если нравится тебе воинственный вид и желаешь себе победных провозглашений и памятников, то иди в стан сражающихся, а не здесь, за деньги купив себе право бежать оттуда и жить дома, представляй то, что до́лжно делать там».

Другой соблазн был характерен для воинов, которые имели опыт боевых действий и, поддавшись искушению использовать имеющееся у них оружие и полученные навыки обращения с ним, ступали на путь преступлений против мирных граждан своей же страны. В наше время подобное также случается: бывало, что, убежав из своей части с оружием, дезертиры использовали его для грабежей и насилия над гражданским населением, а иногда в мирное время ветераны локальных войн после демобилизации вступали в бандитские группировки. Вот что преподобный Исидор пишет в «Послании к воину Исаии», который поддался этому соблазну: «Если, по твоему мнению, острота оружий, шлем и панцирь – надёжное средство жить безбедно, предаваясь грабежу и опустошая большие дороги, то знай, что многие, оградив себя ещё надёжнее, подверглись бедственной смерти, так как силе их не сопутствовала справедливость. Поэтому если хочешь быть не бесполезным воином, то как можно скорее обратись к духовной брани и сражайся против своего бесчиния».

Третий соблазн воинского служения характерен для обстоятельств военного времени. Он заключается в совершении грабежей, мародёрства, насилия над пленными и мирными жителями. Святитель Амвросий Медиоланский в трактате «Об обязанностях священнослужителей» призывает православных воинов проявлять милость к врагам безоружным и покорным, просящим пощады, сдающимся в плен, и к мирным жителям, не оказывающим сопротивления, «ибо сила военная не на зло, не для обиды и своеволия, а для защиты и добра». Использование военного времени как повода для грабежа и насилия над мирным населением является грехом и беззаконием.

Церковь непрестанно молится о христолюбивом воинстве своей страны, о спасении пленённых, об упокоении погибших воинов. А также оказывает также помощь в духовно-нравственном воспитании воинства. Сегодня много говорится о необходимости такого воспитания для солдат, но, к сожалению, меньше внимания уделяется проблеме духовно-нравственного воспитания офицеров, хотя без этого оздоровление армии невозможно. Командир-безбожник часто собственным примером разлагающе влияет на подчинённых, а для верующих солдат создаёт препятствия. С другой стороны, верующий и благочестивый командир помогает и Церкви исполнить свой долг проповеди и духовного окормления солдат, и личным примером способствует укреплению благочестия и здорового нравственного климата среди личного состава. В военное время эти обстоятельства проявляются наглядно. И среди творений святых отцов есть те, что написаны полководцам и военачальникам с разъяснением, каким должен быть православный воин. Так святитель Макарий Московский написал в 1552 году послание царю Иоанну Грозному и его войскам, находящимся в Казанском походе. В нём он призывает царя «со всем своим христолюбивым воинством хорошо, храбро и мужественно подвизаться с Божией помощью за святые Божии церкви и за всех православных христиан – против супостат твоих..., изменников и отступников, всегда проливающих кровь христианскую, оскверняющих и разоряющих святые церкви». Святитель предостерегает воинов от прегрешений душевных и телесных, увещевая царя подвизаться с «христолюбивым воинством в чистоте и покаянии и в прочих добродетелях», что привлекает помощь Божию в сражениях. Он также пишет: «Если случится кому из православных христиан на той брани до крови пострадать за святую Веру христианскую и за множество людей православных и потом живым быть, и те поистине пролитием своей крови очистят прежние свои грехи».

Полковые священники издревле сопровождали в походах христианские войска. Среди них были и знаменитые святые. Например, императора Никифора Фоку сопровождал во время победоносного похода на Крит преподобный Афанасий Афонский, устроитель общежительного монашества на Святой горе Афон. Сам император Никифор, который после смерти почитался святым на Афоне, в своей «Стратегике» отводит особое место установлению обязательных регулярных молитв: «Следует же командиру заранее постановить..., чтобы в лагере, в котором всё войско разместилось, во время славословия и на вечерних и на утренних молитвах армейские священники совершали усердные моления, а всё войско восклицало: “Господи, помилуй!” ... со вниманием и страхом Божиим».

О мужестве и подвигах полковых священников в дореволюционной России хорошо известно.

Иногда святые отцы, не ограничиваясь духовными вопросами, считали возможным давать даже советы стратегического характера, как очевидно из писем святителя Игнатия (Брянчанинова) к другу Н.Н. Муравьеву, который во время Крымской войны командовал Русской армией, наступающей в Турции. Святитель сам имел воинское образование до пострига, а потому понятно его желание принести как можно бо́льшую пользу своими советами, в том числе и в решении реальных боевых задач. В письме от 31 июля 1855 года он пишет: «В нынешней войне не нужны действия блестящие, нужны действия существенно полезные... Поход к Босфору и Дарданеллам признаю невозможным до того времени, как события определят: сделают ли высадку союзники для действий против Грузии; поход к Трапезунду, как и ко всякому другому приморскому месту, считаю малополезным, если не вполне бесплодным в войне с неприятелем, имеющим все преимущества на море; лишь демонстрация такого похода может быть полезною в том случае, когда неприятель отрядит значительные силы для охранения приморских мест; такая демонстрация может удерживать в бездействии неприятельские войска, охраняющие прибрежье. По моему мнению, для кампании нынешнего лета имеются в виду действия несравненно большей важности: это приготовление к кампании будущего года, результаты которой могут быть гораздо сильнее и решительнее... Главное, чтоб здесь не поторопились заключить мир, не дождавшись плода после таких пожертвований и усилий». Разумеется, такого рода советы давались в дополнение молитвенной поддержки, и в каждом письме святитель заверяет в своих молитвах и посылает благословение.

По мысли святых отцов, война есть великое бедствие, произрастающее из греховных наклонностей человека. Провиденциальный смысл существования такого бедствия объясняется тем, что посредством войн Бог наказывает грешников и вразумляет живущих беспечно. При этом война является и средством к обузданию большего зла. Тот, кто развязывает войны из греховных – корыстных либо тщеславных побуждений, достоин всяческого осуждения, а тот, кто вступает в войну вынужденно, чтобы защитить своих соотечественников или единоверцев от неприятеля, тот воюет законно и не совершает тем самым греха. Участие христиан в войне есть вынужденная мера, и если они прибегают к ней из благих побуждений защиты христиан и святынь, то Господь благословляет их ратный подвиг. Церковь молится за воинов, принимая и более тесное участие в справедливой войне сбором пожертвований, советом. Вера даёт силы воинам, и Бог помогает верующим. Посредством чудесной помощи на войне Он пробуждает к вере души воинов.

Церковь прославила в лике святых множество воинов, а в Богослужении говорит о помощи свыше для «христолюбивого воинства». Причём были прославлены как полководцы, так и рядовые воины, как мученики, так и преподобные, как отдельные лица, так и целые группы. Многие святые, даже не будучи воинами, но епископами, в моменты войны и реальной угрозы принимали участие в войне, командуя обороной и ведя переговоры.

Вопросы войны и воинского служения Православная Церковь предлагает рассматривать с точки зрения глубинных духовно-нравственных оснований. И это даёт свой результат: воин, защищающий своё Отечество, знает, зачем берёт в руки оружие, когда и как он может его применять. Обоснованием для применения оружия должно быть не только требования воинского устава, но и нравственная оправданность его использования. Это придаёт армейской службе характер высоконравственного служения. Церковь верует, что если воин отдаст своё сердце Христу и будет руководим Господом, то он не собьётся с пути, но будет искренне и жертвенно защищать своих ближних, с честью выполняя свои воинские обязанности.

По сайту Православие.ру