ВИЛЕНСКАЯ ИКОНА БОГОМАТЕРИ (с.9 №121)

ЕЛЕНА ЛИТОВСКАЯ И «ВИЛЕНСКАЯ» ИКОНА БОЖЬЕЙ МАТЕРИ

«Ви́ленская» икона Богородицы – это древний образ, который, по Преданию, был написан рукою святого апостола евангелиста Луки, обладавшего многими талантами. Из Палестины образ перенесли в Константинополь, где он стал семейной реликвией византийских императоров. Святой Лука был и врачом, и писателем, и художником. Ещё при жизни Божией Матери написал он известнейшие Богородичные образы: Владимирский, Смоленский, Феодоровский, Корсунский, Иерусалимский... Ему же приписывают и создание чудотворного «Виленского» образа Небесной Владычицы. Предание повествует, что работы апостола, исполненные, как правило, на обычных досках, благословила Сама Пречистая Дева, сказав, что благодать всегда будет обильно подаваться верующим через Её лики.

«Виленская» икона Божьей Матери относится к иконографическому типу «Одигитрия»: Богородица изображена с сидящим на Её руках Младенцем Иисусом. Правая рука Богомладенца высоко поднята в благословляющем жесте.

Много столетий находилась эта чудесная икона в Византии. Когда же, овдовев в 1467 году, Великий князь Московский Иоанн III высватал себе в жёны наследницу императоров – греческую царевну Зою (Софию) Палеологиню, невеста в качестве свадебного благословения семьи привезла в Русскую землю икону Богородицы. По наиболее распространённой версии, принесение святого Богородичного образа в Москву случилось в 1472 году. В ту пору Великое княжество Московское, ещё недавно кичливыми европейцами считавшееся задворками «Тартарии», усилиями поколений объединило вокруг себя большую часть Русских земель и продвигало своё влияние в восточном направлении. Союз с «герцогом Белой России», как называли Иоанна III в латинских актах того времени, сулил и европейским, и восточным христианам военно-политическую поддержку и серьёзные экономические выгоды. При этом династическая связь с древним и славным родом Палеологов укрепляла престиж и великокняжеского дома, и всего Московского государства. А византийская царевна София Фоминична Палеолог, племянница последнего императора ромеев Константина XI, став супругой великого Московского государя, среди православного народа получила возможность проявить свои истинные симпатии, начав брать благословение у русского духовенства, посещать церкви и прикладываться к святым иконам. Именно в эти времена Русь явила миру преподобных Сергия Радонежского и Андрея Рублёва, и её мощная духовная основа преображала даже тех иностранцев, которые попадали в Россию из совершенно чуждых культурных традиций, находя здесь то, что давно иссякло в Византии: могучие народные силы и свежесть искренней незамутнённой веры... Русское государство росло и поднималось на высоту Православного Царства – того Третьего Рима, о котором грезили лучшие умы того времени.

Спустя два десятилетия после судьбоносного бракосочетания с 24-летней Софией Палеолог, Великий князь Московский благословил перед венчанием древним Богородичным образом, прибывшим на Русь из Константинополя, любимую дочь Елену: она покидала отчий дом, дабы вступить в брак с молодым литовским князем Александром Ягеллончиком.

Этот союз, совершаемый по политическим мотивам, должен был если не положить конец, то хотя бы приостановить постоянные военные конфликты, то и дело вспыхивавшие между Москвой и Польско-Литовским государством. Свадьба состоялась 15 февраля 1495 года в Вильне. Вместе с Еленой Иоанновной в Литву выехали знатные бояре с семьями, составившими двор княгини, однако все они впоследствии были высланы обратно. Бракосочетание проходило в католическом соборе, православный священник во время службы громко пел полагавшиеся в «греческой вере» молитвы, потому церемония вышла ни католической, ни православной.

Литовский правитель рассчитывал, что брак с русской княжной Еленой поможет ему вернуть часть земель, утраченных в ходе русско-литовской войны 1487-1494 годов, однако этого не произошло. Выражая своё недовольство, Александр не выделил молодой жене тех владений, которые обычно давались на содержание великим княгиням литовским. Известны свидетельства, что католическое духовенство пыталось убедить Елену принять католицизм, но неудачно, что стало причиной конфликтов между нею и матерью Александра польской королевой Елизаветой Габсбург. Камнем преткновения во взаимоотношениях с католической частью литовского двора также оставалась Православная вера Елены. Несмотря на изоляцию, в которой оказалась Елена Иоанновна в окружении католической знати, она сумела приобрести определённое влияние. Историки признают, что Александр прислушивался к советам молодой супруги и, вероятно, был привязан к ней, а княгиня часто сопровождала его в разъездах по стране. Существует предание, что преемник митрополита Киевского Иосифа (Болгариновича) Иона II своим назначением на Киевскую митрополию обязан именно ходатайству Елены Иоанновны перед супругом. Древний Лицевой летописный свод сообщает: «В том же месяце [январе] в 13 день во вторник отпустил великий князь Иван Васильевич свою дочь княжну Елену за Александра Литовского, а благословил княжну Елену игумен Троицкий Симон, потому что тогда митрополита не было; и послал с ней своих послов вместе с жёнами, князя Семёна Ивановича Ряполовского, Михаила Яковлевича Русалку и дьяка Василия Кулешина, и многих других князей и боярских детей своего двора.

И пришли в Вильну февраля в 15 день в неделю о блудном сыне, и сначала пришла великая княжна Елена к церкви Пречистой Богородицы нашего греческого вероисповедания, и тут молебны отслужили, и пошли оттуда к венчанию, и венчали их в церкви [святого] Станислава римского вероисповедания епископ Виленский по-латински, а поп Фома великого князя по греческому обряду. И оттуда великий князь Александр, почтив послов великого князя Ивана III и боярских детей его двора, отпустил их с великими почестями. А великая княгиня оставила у себя в Вильне князя Василия Ромодановского, Прокопия Скурата и Дмитрия Пешека; князь же великий Александр вскоре и их отослал в Москву, а великую княгиню Елену начал принуждать к принятию римского вероисповедания.

И великий князь Иван Васильевич Всея Руси послал по этому поводу в Литву к своему зятю своих послов: Бориса Васильевича Кутузова и дьяка Андрея Майка, чтобы его дочь великую княгиню Елену не принуждал князь перейти от греческого вероисповедания к римскому». Итак, духовно поддерживающая Елену Иоанновну увезённая из Москвы икона Божией Матери оказалась в городе Вильне – столице Литовского княжества, отчего и обрела название «Виленская». Иконе было установлено празднование 28 февраля (15 февраля ст.ст.) в честь перенесения её в Вильну и 27 (14 ст.ст.) апреля.

Во время очередной русско-литовской войны, поводом к которой послужил отчасти отказ литовского князя Александра построить православный храм для супруги, религиозное давление на княгиню усилилось. В дело вмешался сам папа Римский, однако Елена Иоанновна осталась верна Православию. Когда в 1501 году Александр Ягеллончик принял польскую корону, его русская супруга отказалась от коронации, дабы не признавать главенства понтифика. Как полагают исследователи, сохранение Православной веры помогло Елене сохранить близкие контакты с Москвой и дистанцироваться от польско-литовского дворянства.

Великая княгиня Литовская Елена постепенно превращалась в самостоятельную мудрую правительницу. Её двор стал центром притяжения для православной русской знати Великого княжества Литовского, а сама она – связующим звеном между Россией и Литвой. При ней было построено несколько православных храмов в Вильне, что на фоне общей католизации и полонизации Великого княжества Литовского было пусть маленькой, но победой. Положение Елены пошатнулось после смерти Александра в 1506 году. Великий князь Литовский и король Польский умер бездетным, и новым королём был избран младший брат Александра Сигизмунд I по прозвищу Старый. Ярый приверженец католичества, новый польский король не скрывал, что русская княгиня Елена по сути являлась заложницей при польско-литовском дворе. В какой-то момент положение Елены Иоанновны стало настолько невыносимым и опасным для жизни, что она задумала побег на родину. План раскрылся, её арестовали осенью 1512 года, обвинив в подготовке к бегству. Виленский воевода Николай Радзивилл и Троцкий воевода Григорий Остикович вывели Елену Иоанновну прямо из церкви во время её поездки в Браславское имение. Княгиню привезли сначала в Троки (ныне Тракай), потом в Бирштаны (ныне Бирштонас). Против неё дал показания Войтех Клочко, подтвердивший планы вдовы Александра вернуться в Москву, на родину. Между 29 января и 26 февраля 1513 года Великая княгиня Литовская и королева Польская Елена Иоанновна умерла. По всей видимости, она был отравлена – этот способ устранения соперников издавна пользовался популярностью в Европе. Она была похоронена в Вильне в кафедральном соборе во имя Успения Пречистой Божией Матери. После смерти княгини Елены привезённую из Москвы икону поместили над её гробницей в Пречистенском соборе.

Смерть сестры Василия III Елены Иоанновны стала поводом к началу новой затяжной войны между Россией и Польско-Литовским государством, в результате которой смоленские земли перешли в состав России.

Многими чудесами и исцелениями прославилась святая «Виленская» икона Богоматери. Слух о дивном «Виленском» образе Богородицы распространился по христианскому миру, и со всех уголков Европы потекли к ней как православные люди, так и католики. Икона была одинаково почитаема ими. Очень часто приезжали в Литву на поклонение святыне, конечно же, и русские богомольцы, горячо почитавшие этот образ Богородицы. В день празднования «Виленской» иконы Божией Матери по народной традиции верующие имели обычай накрывать столы и приглашать гостей, деля семейную трапезу с тем, кто нуждался в поддержке.

После заключения Брестской унии икона досталась униатам. Впоследствии её перенесли в Виленский Свято-Троицкий монастырь (греко-католический). Дважды русские цари пытались вернуть икону: во время Ливонской войны в 1569 году за её возврат царь Иоанн Грозный предложил королю Сигизмунду отпустить пятьдесят знатных шляхтичей, пленённых во время сражения. Но король наотрез отказался от подобного обмена: католики чтили «Виленский» Богородичный образ как одну из святынь своей Церкви, им очень нужна была эта древняя икона. После взятия Вильны в 1655 году войсками царя Алексея Михайловича по его поручению виленский воевода Михаил Шаховской пытался разыскать икону, но святой образ был спешно вывезен в униатский монастырь в Королевец (Кёнигсберг).

Позже «Виленская» икона Богородицы всё же вернулась в Россию. Это произошло во время присоединения к Российской Империи польских территорий. Святейший патриарх Тихон, возведённый впоследствии в сонм прославленных угодников Божиих, в начале своего архиерейского служения коленопреклоненно молился перед ней, отправляясь на фронт в начале Первой Мировой войны. Во время военных действий многие святыни были эвакуированы из прифронтовой зоны Литвы и Белоруссии, в их числе и «Виленская» икона Богородицы. Перед тем как вывезти святыню из Вильны, с неё сделали список. Он до сих пор находится в литовской столице в соборном храме Свято-Духова монастыря.

В 1915 году чудный образ вместе с мощами Виленских мучеников Антония, Иоанна и Евстафия – православных христиан, убитых в Великом княжестве литовском в сороковых годах XIV века – торжественно перенесли в московский Донской монастырь. Десятки тысяч паломников стекались в те дни к обители отовсюду, чтобы помолиться Божией Матери и испросить Её предстательства за жизнь русских воинов, бившихся на поле боя.

В стенах Донской обители икона находилась вплоть до революционных событий в России. Что сделали с нею богоборческие власти Страны Советов впоследствии, к сожалению, неизвестно. «Виленский» образ Владычицы в тот сложнейший для нашего Отечества период бесследно исчез, следы его затерялись... Но копии чудотворного образа хранятся в православных храмах и монастырях по всему миру.

«Виленская» икона Божьей Матери напоминает нам о милосердии и заступничестве Пресвятой Богородицы, которая всегда помогает тем, кто обращается к Ней с чистым сердцем. Верующие молятся перед этим образом в трудные моменты жизни, прося помочь обрести надежду, даровать физическое и духовное здоровье, сохранить любовь в семье (поэтому образ нередко дарят новобрачным); при сомнениях и унынии молитва перед «Виленской» иконой Царицы Небесной укрепляет веру и направляет человека на путь истинный.